Рецепт приключенческого коктейля оказался незамысловатым. Взяли дюжину внедорожников Mitsubishi — Pajero, Outlander XL и L200, приправили 750 километрами пути с ухабами, бродами и косогорами, и добавили для вкуса насыщенную культурно-познавательную программу.
Наконец-то старт! Полтора десятка журналистов, готовых как следует «погрызть» свежие внедорожники Mitsubishi. Дожидаемся отстающих, рассаживаемся по машинам и в путь!
Куда именно — не так важно. Главное, я снова за рулём Outlander, который мне давно по душе. Мы уже хорошо знакомы, и я заранее знал, что дорога до первой остановки — Приокско-Террасного заповедника неподалёку от Серпухова — пролетит как один миг. В городском потоке и на шоссе возможностей трёхлитрового мотора «Экселя» в паре с расторопным шестиступенчатым «автоматом» предостаточно. Автомобиль стал заметно комфортнее предшественника, и это явно пошло ему на пользу: по разбитым дорогам и лёгкому бездорожью теперь можно передвигаться с большим удовольствием, а на асфальте новый Outlander радует отличной управляемостью.
Первая остановка — Приокско-Террасный заповедник, километрах в восьмидесяти от столицы. Его основали ещё в сороковых годах прошлого века, чтобы восстановить популяцию зубров, которая тогда сократилась примерно до полусотни особей. Сейчас поголовье потихоньку растёт… Но мы-то приехали совсем не за этим.
Наша цель — «усыновить» зубрёнка, которому от роду всего две недели. Звучит непривычно, правда? Сейчас объясню. Заповедник вместе с Всемирным фондом дикой природы (WWF) запустил программу «Усынови зубра», и мы решили в ней поучаствовать. Правда, удовольствие это не из дешёвых — год такого «отцовства» обходится примерно в 40 тысяч рублей. Да, зубры — те ещё любители поесть. И болеть могут, как и мы с вами.
Новорождённого нарекли МуМиРольфом (от Mitsubishi и Rolf). Кстати, животных легко отличить по именам — у всех зубров, родившихся в Приокско-Террасном заповеднике, они начинаются с приставки «Му». А это, похоже, папа малыша (в левом нижнем углу).
Усыновили, конечно, но забрать зубрёнка домой нам, разумеется, не позволили. Ничего не поделаешь — зверь редкий. Зато теперь мы всегда можем навестить своего подопечного, узнать, как его здоровье, пообщаться и угостить чем-нибудь вкусным. Если «усыновление» вам не по карману — не беда, можно просто приехать на экскурсию и понаблюдать за дикими животными со стороны. Ваши дети точно оценят такой день на свежем воздухе в заповедном лесу. Мы сюда обязательно ещё вернёмся.
Директор Приокско-Террасного биосферного заповедника Михаил Николаевич Брынских вручает сертификат участника программы WWF «Усынови зубра» одному из опекунов — Алексею Зернову, руководителю службы по связям с общественностью компании «Рольф».
По мере того как мы отдалялись от Москвы, дороги становились всё хуже. Да и маршрут организаторы проложили так, что мы всё чаще съезжали на бездорожье. Тут бы технику посерьёзнее. Не подумайте, что XL пасует перед размокшим просёлком или забытой лесной дорогой. Геометрия у него отличная. А вот если уж засядет — до трактора топать будете долго.
XL — король дорог средней паршивости. Ухабы среднего размера глотает с удовольствием, на скоростных шоссе и в городе не подводит, но для серьёзного бездорожья не предназначен. За время пробега среди XL были и потери. На нескольких машинах изрядно пострадали кожухи, прикрывающие запаску под днищем.
И всё же, несмотря на приличную геометрическую проходимость «Экселя» и добрые 22 сантиметра дорожного просвета, чем дольше я трясся по ухабам, тем меньше мне хотелось ощущать каждый неровный участок дороги спиной. Всё чаще хотелось больших колёс, мягкой подвески и серьёзной трансмиссии. Окончательно осознав это, я меняю полюбившийся на асфальте XL на Pajero.
Хотя подвеска и обеспечивает неплохое поведение на асфальте, настоящая стихия старого доброго Pajero — бездорожье. Это полноценный внедорожник с серьёзной трансмиссией. А новый 3,8-литровый мотор — как раз кстати. В хит-параде внедорожников Pajero занимает первое место.
БТР! По-другому не скажешь. Непробиваемая на ухабах подвеска, новый 3,8-литровый 250-сильный двигатель, «умная» трансмиссия Super Select 4WD с автоматической коробкой. Вот это то, что нужно! По сравнению с прежней версией «четвёрка» заметно посвежела. И внешне стала современнее, и внутри приятнее, но в основе — всё тот же старый добрый «Паджерик». Настоящий, железный, не то что нынешние «мыльницы».
Пока мы тряслись по гравийкам, канавам и брустверам, незаметно добрались до усадьбы «Поленово». Музей-заповедник — неотъемлемая часть окружающего пейзажа. На территории вокруг усадьбы расположено несколько мест, так или иначе связанных с жизнью и творчеством Василия Дмитриевича Поленова. Это и село Бехово с Троицкой церковью, и сельское кладбище, где похоронен художник, и усадьба «Старое Бехово», ждущая реставрации. Экспозиция поражает разнообразием: здесь и предметы быта, и увлекательные коллекции, собранные самим Поленовым и его семьёй. И, конечно же, картины, картины, картины… Вы наверняка помните его знаменитые «Христос и грешница», «Золотая осень», «Московский дворик». Здесь также представлены полотна Репина, Шишкина, Иванова, Васнецова, Коровина.
Василий Дмитриевич Поленов много сил отдавал народному образованию. Он построил две школы в окрестных сёлах. Кстати, последние его работы тоже были посвящены детям: в 20-е годы прошлого века он создал диораму о кругосветном путешествии. Эти своеобразные диафильмы с волшебными цветными картинками, которые тогда были настоящим праздником для крестьянских ребятишек, и сегодня удивляют посетителей своей необычностью. Нам тоже понравилось.
Смеркалось. Мы оставили запылившиеся внедорожники на территории музея и на теплоходе отправились отдыхать вверх по Оке. Но наутро путешествие продолжилось, и на этот раз я решил расстаться с добрым молодцем Pajero и испытать новый L200.
Дизельный L200 драйверскими талантами не блещет. Но лучшего варианта для охоты и рыбалки не найти. Большая «баржа» с задней рессорной подвеской на высокой скорости неповоротлива, в плотном городском потоке неуклюжа. Зато вместительный кузов с «колпаком» позволяет возить хоть кирпичи, хоть рубероид. И на бездорожье «двухсотый» с его сложной трансмиссией чувствует себя уверенно.
На прямой и в затяжных поворотах тяжёлый «двухсотый», как я и предполагал, здорово напоминает тот самый теплоход, на котором мы недавно плавали. На неровностях его раскачивает, руль почти не даёт обратной связи, а по кузову постоянно гуляет дрожь от 150-сильного дизеля. На хорошей дороге L200 ощущается как смесь трактора с автобусом. Но отношение к пикапу кардинально меняется, когда под колёсами оказывается поле или разбитый просёлок. Грузопассажирская «Элька» плывёт над рытвинами и кочками, будто их вообще нет. И я не открою Америку, если скажу, что «двухсотый» — идеальный автомобиль для дачи, охоты и рыбалки. Девиз L200 прежний: «Беру много, тащу далеко».
Побывали мы и в Чеховском районе, и в Тульской области. Заехали в Поленово, Тарусу и Алексин, но в Калужской области нас ждал особый сюрприз. Находится он в четырёх часах езды от Москвы, на территории Национального парка «Угра», и называется деревня Никола-Ленивец.
На всякого мудреца довольно простоты. Бестолковый гигантский «Журавель» смотрит в небо. На конце «удилища» — маленькое ведёрко воды. Понимайте как хотите…
«Полумост надежды» Тимура Башкаева вопреки законам физики завис над обрывом. Проект, созданный в рамках фестиваля «АРХстояние», символизирует невозможность построить мост в конфликте берегов, но можно создать свой полумост — в надежде на объединение.
Деревню для столичных творцов основал в 1989 году московский архитектор Василий Щетинин. Он приехал на Угру в поисках места, где можно было бы создать небольшой художественный посёлок с домами-мастерскими. В начале девяностых в это отрезанное от мира место начали перебираться художники, среди которых были и участники питерской группы «Митьки». Одним из первых, кто поверил в идею такой «творческой» деревни, стал Николай Полисский. Именно он определил художественное направление Николы-Ленивца — ленд-арт.
Перфорированный «Сарай». Сотни тысяч отверстий в стенах и крыше днём имитируют звёздное небо. Округа через стены представляется в интересном мозаично-кружевном виде. Ночью, когда внутри горит свет, сарай напоминает древний раскочегаренный утюг.
В чём тут фишка? Просто посмотрите на снимки. Полисский вместе с единомышленниками и местными жителями создаёт невероятные вещи. Они возводят причудливые башни из стволов и сена, плетут огромные корзины, вкапывают в землю качели на полсотни человек… Зимой тут лепят снеговиков сотнями и строят ледяные горки гигантских размеров. Всего и не перечислишь. Но одно я понял точно — побывать в этом необычном месте и увидеть деревянных исполинов своими глазами определённо стоит.
Концепт Эйфелевой башни? Не угадали. Речной маяк, который работает только днём. Используемые материалы: деревья, ветки, шурупы, болты, монтажные шпильки. На верхний ярус можно забраться по винтовой лестнице (хотя лестницей она называется лишь условно) — разумеется, деревянной.
Третий день нашей поездки подходит к концу, и мы держим путь в столицу. Немного грустно прощаться с этими почти нетронутыми местами (если не считать деревню художников). Грустно, но в то же время приятно. Приятно осознавать, что в нашем окружении есть неравнодушные люди, полные оптимизма и решимости, которым небезразлична наша природа. Приятно, что находятся те, кто бережёт дух времени и места. И просто замечательно, что есть люди, которые в поисках новых форм самовыражения остаются преданными своему делу и стараются сделать наши души чище. Спасибо им. И отдельная благодарность машинам, которые провезли нас через все эти удивительные уголки. Спасибо за выдержку и терпение — они героически выдержали все тяготы нашего 750-километрового марафона по непростым российским дорогам.
За кадром
Впечатлений от нашего трёхдневного путешествия хватит на год. Будет возможность — сразу же отправлюсь в одно из этих мест.
Очень интересно было почувствовать себя капитаном речного танкера «Улай» и обнаружить, что реакции на поворот руля, тьфу, то есть штурвала, и маневренность судна полностью зависят от напора струи, создаваемой винтом. С увеличением оборотов «коммон-рейла», что трудится в трюме, и скорости хода усилие обратной связи на «руле» заметно увеличивается. Жаль ABS и ESP здесь не предусмотрены. А то зажгли бы.
Единственное, о чём мы пожалели, — это о том, что за весь наш 750-километровый марафон ни разу не пошёл дождь. А как хотелось до конца насладиться возможностями внедорожников, входивших в наш караван.
Впечатлений от нашего трёхдневного путешествия хватит на год. Будет возможность — сразу же отправлюсь в одно из этих мест.
Очень интересно было почувствовать себя капитаном речного танкера «Улай» и обнаружить, что реакции на поворот руля, тьфу, то есть штурвала, и маневренность судна полностью зависят от напора струи, создаваемой винтом. С увеличением оборотов «коммон-рейла», что трудится в трюме, и скорости хода усилие обратной связи на «руле» заметно увеличивается. Жаль ABS и ESP здесь не предусмотрены. А то зажгли бы.
Единственное, о чём мы пожалели, — это о том, что за весь наш 750-километровый марафон ни разу не пошёл дождь. А как хотелось до конца насладиться возможностями внедорожников, входивших в наш караван.