В Шереметьево собралось два десятка журналистов, но почти никого из знакомых я не увидел. Коллеги, которые обычно отбывают обязательную программу, нашли занятия поинтереснее. Да и неудивительно: о «третьем» Ford Focus известно уже практически всё. Новый кузов универсал покупатели получили даже раньше прессы — на пару месяцев. Поэтому собравшаяся на запоздалую премьеру публика, кажется, переживала больше не о «вагоне», а о необычной для таких мероприятий стране — Сербии.

Тест-драйв багажника мы проводим на крыше 12-уровневого паркинга в центре Белграда. Объём отсека у Фокуса всё же уступает конкурентам по C-классу: 490 литров против 500 с лишним у соперников.

Стартуем в Белграде. Нам с Ильёй Хлебушкиным из «Авторевю» досталась машина с двухлитровым дизелем (140 л.с.) и шестиступенчатым «роботом» PowerShift. В опциях — компакт-диск с задорными национальными дудками и рассказами о Сербии. Наш маршрут длиной более 160 км вёл в городок, который построил для души известный хулиган и кинорежиссёр Эмир Кустурица.

До Ford в Сербии никто не проводил масштабных автомобильных тест-драйвов. Организаторы объясняют свою смелость просто: мол, мужики, у нас такие дороги, что Focus Wagon покажет себя во всей красе — как машина для дальних путешествий.

Навигации ни в одном из наших Фокусов нет — на тот момент она ещё не добралась до России. Так что движемся по незнакомой стране с бумажной «дорожной картой». Называется она роудбук, составлена с ошибками, и мы быстро сбиваемся с маршрута, безмятежно проскочив нужный поворот.

У Сербии с «третьим» Фокусом есть фундаментальное сходство. Россиянину, впервые попавшему в эту страну или в фордовский универсал, кажется, что он тут уже бывал. И не раз. Всё знакомо на подсознательном уровне: язык, уклад, среда, организация водительского места, расположение органов управления. Окружающее настолько привычно, что чувствуешь себя не где-нибудь, а дома.

Рекламу Фокуса видишь сразу, как выходишь из аэропорта, который по-сербски называется понятным словом «аеродром». Sam Parkira — да, это та самая система автоматической помощи при парковке. Эта же надпись на билборде может быть набрана и кириллицей («сам паркира») — в Сербии оба алфавита сосуществуют на равных.

Большую часть кириллических надписей русскоязычный человек считывает мгновенно, «знает за что»: апотека — аптека, пекара — пекарня, книжара — книжный магазин, вулканизер — вулканизация. Но попадаются и сложные случаи. Попробуй разберись, почему поселение называется Пироман, питьевая вода — Prolom, а хозяин свой дом величает «куча».

Вообще, путешественника из России сербский язык смешит беспрестанно. Например, народный театр по-ихнему будет «Народно Позориште». Похоже, родившийся в Интернете «олбанский язык» имеет прямое отношение к настоящему албанскому. А албанский с сербским, хоть они и не родственные, имеют немало общего — правда, их носители не дружат.

Унылый сербский пейзаж перемежается пасторалью, которую впору снимать для рекламы сливочного масла. Кстати, кормят в местном общепите на убой. В заведениях средней руки порцией для одного можно накормить до отвала двух с половиной человек.

«Право, право!» — указывают нам дорогу местные. Мы в очередной раз сворачиваем направо и совершаем типичную русскую ошибку в Сербии. «Право» на здешнем языке означает «прямо». Направо — «десно», а вот влево так и есть — «лево». Наконец мы синхронизируемся с роудбуком, и Хлебушкин, вздохнув с облегчением, спрашивает: «Тебе фильмы Кустурицы нравятся?» Ну... как сказать... Вот Focus Wagon мне, похоже, нравится. Илья довольно кивает: а то!

Нет, ну до чего же правильный автомобиль этот Focus! Он отзывается даже не на повороты, а на прикосновения к рулю. Подвеска позволяет гнать, не обращая внимания на качество дороги. В Сербии оно в основном неплохое, но в горах попадается разбитое в хлам полотно. Так вот, на Фокусе можно валить под сотню и не притормаживать. В салоне при этом не настолько тихо, чтобы разговаривать шёпотом (из-за мотора, ветра, шин), но лёгкий шум не мешает говорить с самой машиной.

Да, с этим автомобилем можно договориться — есть голосовое управление на русском языке. Командуй магнитолой и навигацией, набирай номер. Но это, конечно, баловство. А если чему и хочется в Фокусе сказать пару ласковых, так это дуэту «робота» с дизелем. Чтобы разогнаться после замедления у светофора, нужно продавить педаль газа аж на три четверти — до этого ничего не происходит. На такие упрёки Focus ответить не может и, словно извиняясь, после 60 км/ч реагирует на педаль чутко и разгоняется бодро.

Мы обменяли автомобиль и получили 150-сильный бензиновый мотор 2.0 GDI, тоже с трансмиссией PowerShift, но чуть другой. В этой комбинации ситуация, как выяснилось, обратная: Фокус уверенно разгоняется с низов, но скисает на верхах.

Илья в Сербии во второй раз. Приезжал на премьеру каких-то аккумуляторов. Небогатая, говорит, страна. Да это, в общем-то, заметно сразу. Равнинная часть так же хмура, как наши серые промзоны в Замкадье. Дудки Бреговича и Кустурицы с этой неприглядностью не вяжутся. Заборы, сараи, кусты, поля.

Типичная сербская дорога — полоса туда, полоса обратно, сплошная между ними, почти беспрерывные знаки «Обгон запрещён» и нарисованные на асфальте предупреждения о ближайшей школе. Сами школьники тут же, бредут учиться вдоль обочин. Фраза «Осторожно, дети» на сербском выглядит так, что пришлось остановиться и сфотографировать.

Нарекания, что в третьем поколении универсал стал теснее, звучат в основном из-за «заваленных» стоек. Фордовцы говорят, производитель пошёл на это сознательно, во имя аэродинамики. Дескать, фронтальное обтекание на высоких скоростях имеет огромное значение — это вопрос шума, устойчивости, сопротивления.

Что ж, длинноногому на переднем пассажирском месте особо не разгуляться, да и сзади простора почти впритык. Хотя вряд ли положение исправили бы те 16 миллиметров, на которые сузился «третий» Wagon в сравнении со «вторым».

Сербский автопарк в провинции — секонд-хенд из третьих рук: фиатовско-жигулиные Заставы и Yugo, полуистлевшие Нивы и совсем уж вымершие выкидыши автопрома. Однако какой бы автомобиль ты ни встретил на трассе, он в 80% случаев полон людей: сидят вчетвером и впятером.

Немало конных экипажей, много двухколёсных тракторов с огромными прицепами. И, пожалуй, только в столичном Белграде можно наблюдать практически любой хороший автомобиль. Наверное, даже такой, как у нас.

На сербских возвышенностях в отличие от равнин живописно, а местами красиво до невозможности. Где-где, а в горах широка страна Кустурицы родная, хотя и численность населения в ней в два раза меньше, чем в Москве.

Мы скатываемся по серпантину, и Хлебушкин силится заставить Wagon ехать боком. Тот не хочет, упирается. Полностью отключить систему стабилизации невозможно, через меню сдаётся только трекшн-контроль. Когда же Focus наконец начинает скользить, радости этот факт не приносит. Оказывается, нашу машину, подобно подшипникам, везут смытые на трассу дождём камушки. Их коварный план впечатать автомобиль в гору, к счастью, удаётся сорвать.

Времена адаптации Фокуса под дороги той или иной страны прошли. По заявлению производителя, отныне Ford Focus в Европе, США и России — на 85% один и тот же автомобиль.

Ограничения скорости в Сербии немного жёстче, чем у нас. В населённом пункте максимум — 50 км/ч, вне пункта — 80, на магистрали — 100–120 км/ч. Аборигенам, которые в какой-то момент обнаглели и заслужили к себе беспощадное отношение дорожной полиции, нарушения скоростного режима грозят чуть ли не тюрьмой. Но нас предупредили, что русских, братский народ, за простительные подвиги полиция наказывать вряд ли станет. Пожурят и отпустят.

  • О грядущем платном автобане знаки в последний раз предупреждают за 200 метров. При въезде останавливаешься у горящего красным табло, нажимаешь кнопку и получаешь карту. Мчишься. На выезде вставляешь карту, смотришь на выставленную сумму, вкладываешь в терминал купюры. Табло загорается зелёным, появляется надпись «Благо». Это значит спасибо.
  • Здешняя денежная единица — сербский динар. Сотня таких тугриков равна примерно одному евро, или 40 рублям. Курс плавает от обменника к обменнику, которые узнаваемо зовутся Menja